Обсессивная поэма (поэтические эссе)

0

Каждое утро я пью кофе и сонным попадаю в метро. Привычка смотреть в телефон человека, отделяющего тебя от дверей вагона - что-то среднее между вуайеризмом и осознанием себя как части чего-то большого.
Чем дальше от дома, тем непривычнее заниматься подобным. Думая об отъезде за границу, понимаешь, что подсматривать там практически невозможно. Автор видит в этом и не только языковой барьер, но и вопросы менталитета.
Замечая, что человек впереди лайкает тот же контент, я невольно сближаюсь с ним, понимаю, почему он потребляет то же, я делаю вывод, что мне близко всё вокруг меня.

I

Во время телефонного вуайеризма главное не увидеть в окне, в которое мы смотрим в бинокль, хозяина этого окна, смотрящего в бинокль на нас. Сделать это можно тремя способами. Первый, простой и нестрашный - подглядываемый включил фронталку. Второй, маловероятный и пугающий - кто-то открывает мой аккаунт. Такое, к счастью, со мной случалось только раз, и только на одну минуту. В тот момент я подумал о том, что хуже будет только если наши виртуальные окна сойдутся в одном физическом.
Третий - самый жуткий. Увидеть, как кто-то пишет стихи. Это произошло со мной на прошлой неделе. После этого продолжать писать невозможно. Потому что в вагонах метро ежедневно проезжает несколько тысяч поэтов, половина из них по льготным, и все они что-то пишут в заметках.

II

Электронный вуайеризм, как и обычный, всегда родом из детства. Сначала я подсматривал в чужие устройства. Потом я начал пользоваться своим, у меня появились первые друзья, первая любовь, первая обозначила личные границы, и вопрос подсматривания в её телефон на этом можно было считать законченным;
истинный вуайерист всегда знает свою настоящую цель, и через пять лет я заглянул к ней в телефон в метро. Она заметила меня и неловко сказала "привет".
Электронный вуайеризм делится по степени получаемых эмоций.
1. Увидеть пароль. Самое безопасное, зачастую, случайное. Может вызвать эмоции только если речь о друге или хотя бы человеке, которого я ещё раз увижу.
2. Увидеть бытовую заметку. Молоко, хлеб, сыр никого особенно не штырят, но некоторые идентифицируют себя крысами.
3. Увидеть ленту в соцсети. Может быть очень приятным. Особенно если я могу согласиться с поставленным лайком.
4. Увидеть сообщение. Сообщения бывают разными, от "привет" до непристойного. Иногда бывают смешными, их некоторые фотографируют и получаются мемы. Фотографии экрана у телефонных вуайеристов не вызывают зачастую никаких эмоций.
5. Увидеть фото. Фото вызывают эмоции. Особенно если это фото, которое можно запостить и собрать много лайков. Особенно если это фото, которое нельзя запостить.
6. Увидеть чужое творчество в момент создания.
Рвёт мир неподготовленному извращенцу, особенно если оно удачное. Если неудачное, начинаю думать о боге. Возможно, он всё-таки есть.

III

Никакой вуайерист не начинает сразу. Ему нужно время. Внутреннее ощущение дозволенного.
В первое время телефонный вуайерист одёргивает взгляд. Как правило, это проходит быстро, и вот я уже всматриваюсь в чью-то переписку и без зазрений совести смотрю рилсы в телефоне передо мной.
Теоретически возможно увидеть сразу двух вуайеристов в одном вагоне метро или даже соседних сиденьях в автобусе.Я. такого не видел, возможно, они будут делить территорию.
Если бы меня сделали хоть на пять минут жестоким доктором Менгеле, я бы непременно запер сотню вуайеристов, чтобы посмотреть, как они построят контакты.

IV

Транспортный вуайеризм легализован в культуре с прошлого века, первым вуайеристом в культуре можно считать вообще героев фильма "Весна на заречной улице".
Секс икона информационного вуайериста - Шурик. Он же первым начал знакомиться с жертвами вуайеризма (что неоднократно порицалось в 90-х и 00-х, почти оправдано в 10-х и забыто в 20-х), ярче всего такой способ знакомства рекламируют в фильме "Где находится Нофелет?", как подглядывать меня научила "самая обаятельная и привлекательная"

Героиня последнего рефлексирует на тему близкосоциального вуайеризма
Близкосоциальный вуайеризм
Как стихотворение о вагине, зачастую почти не осуждается, поэтому с него и начинается путь вуайериста.
Телефоны наших родителей, друзей и партнёров кажутся нам доступными. Мы считаем себя в праве посмотреть в него, я знаю что-то о человеке, предполагаю, что у него нет от меня секретов
Зачастую это вызывает обман ожидания. Здесь в тему вспомнить мем про хуй и Человека-Паука с биноклем. Это хорошая метафора, о существовании хуя мы знаем, но как близко он мы не догадываемся, и восклицание "зато какой!" может быть нами воспринято как постирония или всерьёз.

V

Я иногда думаю о том, что наверняка существуют люди, которые видят, что к ним в телефон подсматривают, и после этого не останавливаются. Японцы изобрели новый вид эксгибиционизма, открывать непристойное фото в телефоне в таких случаях и держать его открытым. Это можно назвать эксгибиционизмом в открытую,электронным эксгибиционизмом же тайным можно по праву считать случаи, в которых мы думаем о том, что кто-то смотрит в наш телефон, но не испытываем негативных эмоций. Иногда напротив, мы придвигаемся поближе, чтобы смотрящий лучше видел экран.В 2010-м был рассвет так называемого доминантного телефонного эксгибиционизма. Показателен отрывок из кино, пришедший на ум. Девушка замечает, что что парень подсматривает в его телефон, открывает заметки и пишет что-то типа "мальчик сзади меня, подойди и познакомься". В 2020-м случился рассвет в тиктоке на подобные видео. По понятным причинам с 2023 телефонный эксгибиционист в сабмиссивной роли.

VI

Этика телефонного вуайериста
1. Не относиться к вуайеруемому потребительски. Не вмешиваться в его судьбу. Социальной нормой такое вмешательство не стало, хоть время от времени и бывает в кинематографе
2. Не рисковать. Как было обозначено выше, процент телефонных эксгибиционистов в России мал. Вуайериуемому может быть неприятно, если он вас поймает, даже если сочтет это постмодернистской игрой для написания псевдостатьи
3. Контакт визуальный либо физический, их как алкоголь, лучше не смешивать, иначе прилетает в голову, (по правде сказать, нехило так въёбывает, но в настоящем эссе так не напишешь)
Я чувствую себя перед читателем чем-то средним между Гумбертом Гумбертом, описывающим свой недуг, постепенно начинающим гнать шизу, и Мефистофелем, открывшим Фаусту доступ к новому знанию и самым нижайшим удовольствиям.В заключение хотелось бы добавить, гори ты в аду, московский транспорт, если бы я мог зарядить телефон, я бы не подсматривал.